В российской элите растёт нервозность из‑за возможной военной эскалации в ответ на дальнобойные удары дронами. Серию атак, по данным собеседников, затронули девять из десяти крупнейших российских НПЗ, а также оборонные предприятия в Воронеже, Волгограде и Тульской области.
Экономическое давление и дефицит бюджета
Атаки накладываются на сильное напряжение в экономике: по итогам января‑мая дефицит бюджета превысил 6 триллионов рублей. Чиновники и бизнес ищут способы удержать финансы на плаву на фоне растущих расходов на оборону.
«Нет достаточно систем ПВО, чтобы защитить нашу инфраструктуру, это ясно», — сказал московский бизнесмен. «Никто не знает, что сделать, чтобы увеличить производство. Это ужасная ситуация — похоже, к ней не были готовы».
Нефтяной рынок и резервы
Падение цен на нефть усугубляет ситуацию: после международных соглашений стоимость российского сорта Urals опустилась примерно до $50 за баррель. При «огромном дефиците» и почти исчерпанном Фонде национального благосостояния правительство, вероятно, будет больше занимать — это может разогнать инфляцию.
Риски эскалации и социальная тревога
По мнению собеседников, власть вряд ли поддастся давлению и, скорее всего, будет искать способы усилить ответные удары. Это создаёт риск нового цикла эскалации, который усилит и внешнее, и внутреннее напряжение.
В бизнес‑сообществе растут опасения, что государство попытается пополнить бюджет за счёт частных сбережений. Слухи о возможных мерах против вкладов циркулируют с конца 2024 года; в июне лидер одной из партий на время предложил конфискацию средств, затем от этой идеи отрёкся, но страхи остались. «Правительство может попытаться достать деньги любыми способами. Каждый думает о том, как вывести деньги и уехать», — отмечает представитель бизнеса.
Оценка эксперта
Татьяна Становая, старший научный сотрудник Центра Карнеги по изучению России и Евразии, подчёркивает, что отсутствие подготовки типично для системы, где всё сосредоточено вокруг одного лидера, а координация между ветвями власти низкая. Это «вечная проблема российских властей» и «серьёзный тест для экономики и населения», говорит она: остаётся вопрос, есть ли у руководства чёткий план действий.